Генри Райдер Хаггард. Ласточка -
30 >
буря. Во время закуски и кофе я заметила, что лорд ест и пьет точь-в-точь
как Ральф. Это еще больше утвердило мою уверенность, что они близкие
родственники.
Когда было убрано со стола, я велела Сузи идти спать (было уже
довольно поздно). Она исполнила это очень неохотно, так как знала, зачем
приехали гости, и желала участвовать в нашей беседе.
После ее ухода я села так, чтобы свечи освещали не мое лицо, а лица
гостей; это необходимая предосторожность для людей, собирающихся лгать и
вместе с тем читать на лицах тех, кому они будут лгать.
- Теперь я к вашим услугам, господа, - сказала я, когда мы уселись.
Разговор, конечно, велся при помощи переводчика.
- Вы госпожа Ботмар? - спросил законовед.
Я молча поклонилась.
- А где ваш муж, Ян Ботмар?
- Где-нибудь в поле, но где именно - не знаю.
- Когда же он вернется?
- Месяца через два, а то и через три.
Законовед, потолковав с минуту на своем языке с лордом, продолжал:
- Не живет ли у вас в доме молодой англичанин по имени Ральф Мэкензи?
- У нас живет Ральф Кензи, а не Мэкензи.
- А где он?
- С мужем в поле.
- Вы можете послать отыскать его?
- Нет, поле слишком велико. Если вы желаете видеть его, то вам
придется подождать, пока он сам возвратится.
- А когда он вернется?
- Я уже сказала, что месяца через два или три.
Между гостями опять началось совещание на противном английском языке,
затем последовал новый вопрос рыжего очконосца:
- Ральф Мэкензи, или Кензи, не был на корабле "Индия", который
потерпел крушение в 1824 году?
- Господи! - воскликнула я, начиная выходить из терпения. - Разве я
какая-нибудь несчастная кафрянка, которую обвинили в краже и допрашивают
как на суде? Говорите сразу, что вам от меня угодно.
Адвокат пожал плечами и достал из своего портфеля бумагу, которую