Генри Райдер Хаггард. Ласточка -
85 >
продался... дьяволу... Я поднял даже руку на родного отца, когда он был пьян и требовал от меня повиновения... Говорят, что он от этого умер. Может быть... Но я об этом не жалею. Он поступил со мной хуже, научив понимать силу зла. Я хорошо сознаю, что все мои дела очень... скверны, но я иначе не могу... Я знаю, что ты думаешь в эту минуту обо мне: "Какой, дескать, это злодей, убийца, обрызганный кровью моего мужа и своего родного отца. Как только земля терпит такое чудовище!" Так ведь? Но ты в моей власти, и ничего не можешь сделать мне... Это-то меня и радует... Да, я и убийца, и злодей, и чудовище, но в этом виноват не я. Дед и отец вложили в меня предрасположение к сумасшествию, а ты... ты дала толчок к его развитию... Значит, на вас всех надает и ответственность за все то, что я делаю дурного... От моей бабки, которая была кафрянкой и знахаркой, перешла ко мне жажда мести, но зато перешли и знания, каких никогда не может быть у белых... Когда тот, тело которого, надеюсь, уже съедено акулами, нанес мне тяжкое оскорбление, мое сумасшествие окончательно прорвалось, и я поклялся... Я сдержал эту клятву: англичанин умер, а ты в моей власти... Ты молчишь, Сусанна? Значит, ты понимаешь, что ничто в мире не заставит меня отказаться от тебя? Ты права: я хитростью и преступлением добыл тебя, - хитростью же и преступлением и удержу у себя. Ты в моей власти, тебе от меня не уйти, и никому тебя не найти здесь: это место известно только немногим из моих кафров, а они никогда не решатся изменить мне, потому что хорошо знают, как я им отплачу за это... Итак, будь моей женой добровольно, и ты найдешь во мне самого нежного и преданного мужа... Огонь страсти, пожирающий мой мозг и мою кровь, угаснет, и я сделаюсь таким же тихим и кротким, каким был до тех пор, пока не увидал тебя и твою любовь к этому