Генри Райдер Хаггард. Доктор Терн -
71 >
- Навстречу смерти, Дженни, - прибавил он.
Она ничего не ответила и, выйдя из дома, направилась к своей калитке.
Отойдя шагов десять или пятнадцать, она оглянулась и увидела любимого ею
человека, стоявшего у дверей. Он закрыл лицо обеими руками, и глухое
рыдание потрясло всю его мощную фигуру. С минуту Дженни стояла в
нерешимости: ужасно было видеть этого сильного, сдержанного человека,
всегда столь уравновешенного и твердого, рыдающим, как ребенок, на глазах у
всех. И она поняла, как сильно должно было быть то чувство, которое могло
довести его до этого. Дженни почувствовала, что никогда еще не любила его
так сильно, как в эту минуту.
Но вдруг ей вспомнилось его оскорбительное обращение с нею. Она
призвала на помощь всю свою волю и твердым торопливым шагом зашагала к
калитке отцовского парка.
Тогда Дженни не сказала мне ничего об этом, но впоследствии я узнал
все до мельчайших подробностей от нее самой и частью от миссис Смис. Она не
упомянула даже, что заходила в коттедж, пока, чуть не неделю спустя, во
время завтрака одна из наших слуг с испугом и ужасом не объявила нам, что
ребенок Смис умер от оспы в городском госпитале, да и старшая девочка тоже
опасно больна. Меня это страшно поразило - ведь эти люди жили почти у самой
ограды нашего дома. Я вспомнил, что своими глазами видел, как рыжий бродяга
прижимал к себе эту девочку; вероятно, она занесла в дом заразу, от которой
умерла ее маленькая сестренка.
- Дженни, - сказал я, когда слуга удалился, - слышала ты о малютке
Смис?
- Да, отец, я знала, что у нее оспа еще неделю тому назад!
- Так почему же ты не сказала мне об этом? И откуда ты это знала?
- Я не сказала тебе, дорогой мой, потому, что тебя даже самое
упоминание об этом тревожит, особенно же теперь, когда ты и без того так
озабочен выборами. Я знала об этом потому, что была у Смис и нянчила