Генри Райдер Хаггард. Дитя из слоновой кости -
19 >
Старый священник д-р Джеффрис прочел короткую молитву, и обед начался.
- Я слышала, - обратилась ко мне мисс Холмс, - что вы сегодня победили
сэра Юниуса Фортескыо в стрельбе и пожертвовали кучу денег на
благотворительность. Я не люблю пари и тех, кто их держит. Странно, что вы
держали пари: вы совсем не похожи на таких людей. Но я не выношу сэра
Юниуса, и в этом мы сходимся с вами.
- Я ничего не говорил о своей антипатии к сэру Юниусу, - возразил я.
- Да, но ваше лицо изменилось, когда упомянули его имя.
- Тогда мне придется сознаться, что вы правы. Но должен сказать, что я
тоже не любитель пари.
Тут я рассказал всю историю с ван-Купом и его долгом.
- Я всегда считала его ужасным человеком, - заметила мисс Холмс, когда
я закончил свой рассказ.
Потом наш разговор перешел на предстоящую свадьбу, и я не преминул
выразить мисс Холмс свои наилучшие пожелания и уверенность, что ее счастье
всегда будет так же безоблачно, как и сейчас.
- Благодарю вас, - сказала она, - но не кажется ли вам, что эта
безоблачность - дурное предзнаменование. Ведь будущее так же скрыто от нас,
как и мой портрет в рабочей комнате лорда Рэгнолла, в чем вы тоже видите
дурное предзнаменование.
- Откуда вы это знаете? - спросил я, пораженный этим замечанием.
- Не знаю, м-р Кватермэн, но мне это известно. Ведь вы так думали, не
правда ли?
- Если даже так, - сказал я, уклоняясь от прямого ответа, - то что из
этого следует? Хотя портрет и скрыт от посторонних глаз, но всегда можно
отдернуть занавеску...
- А вдруг однажды за этой занавеской окажется пустота?
Некоторое время мы молчали.
- Я не похожа на других... - снова начала мисс Холмс. - Что-то
побуждает меня говорить с вами... Я никогда ни с кем не говорила так. Меня
бы все равно не поняли. Моя мать, вероятно, нашла бы необходимым показать