Генри Райдер Хаггард. Дитя из слоновой кости -
4 >
неожиданно возникало ощущение, как от ушата холодной воды, опрокинутого на
голову.
Он водил нас по парадным комнатам замка, показывая множество редких
дорогих вещей и, по крайней мере, сотни две картин известных старых
мастеров.
При этом ему представился случай обнаружить свое особенное, вернее,
превратное понимание истории. Сказать правду, мне вскоре надоело
выслушивать бесконечные комментарии, тем более, что в парадных комнатах
было очень холодно.
По пути из большой галлереи в малую мы проходили через небольшую
комнату, довольно уютную и хорошо натопленную.
То была студия лорда Рэгнолла.
Задержавшись на минуту у огня, я заметил на стене картину, закрытую
полотном, и спросил Сэвэджа, что она изображает.
- Это, сэр, - ответил он с гордой скромностью, - портрет будущей
супруги его светлости; портрет, так сказать, только для глаз его светлости.
Мисс Маннерс сдержала улыбку, а у меня мелькнула мысль, что прятать
портрет таким образом - определенно, какая-то примета.
Потом, увидев в открытую дверь переднюю, где осталась моя шляпа и
палка, я замедлил шаги и, когда мои спутники скрылись в галерее, забрал
свои пожитки и вышел в парк, рассчитывая согреться ходьбой взад и вперед по
террасе до возвращения Скрупа и его невесты.
Я слышал несколько выстрелов, доносившихся из небольшой дубовой рощи,
ярдах в пятистах от меня. Стреляли, очевидно, из небольшого ружья.
Стрельба - моя профессия: я не мог сдержать своего любопытства и
направился к роще окружным путем через кустарник. Скоро я очутился у одного
конца полянки и из-за огромного старого вяза увидел неподалеку от себя двух
мужчин.
Один из них был молодой егерь, заряжавший запасное ружье, в другом я
сразу узнал лорда Рэгнолла. Это был действительно очень красивый,
широкоплечий мужчина высокого роста, с острой бородкой, приветливым лицом и